Полковник Службы внешней разведки РФ Джордж Блейк отмечает 95-летие

11.11.2017 12:29 0

Полковник Службы внешней разведки РФ Джордж Блейк отмечает 95-летие

Джордж Блейк родился в Роттердаме 11 ноября 1922-го. Мать – голландка, отец – турок по происхождению, получил британское подданство, воюя на стороне Англии в Первую мировую войну.

А Вторая мировая превратилась в тяжелое испытание для юного жителя Голландии. Сразу же после оккупации страны он не стал выжидать, как делали многие, а вступил в Сопротивление. Был арестован, помещен в концлагерь. Оттуда удалось бежать, запомним этот факт из биографии, и добрался до Англии. Ушел добровольцем на британский флот.

В 1944-м началась карьера в Сикрет Интеллидженс Сервис. С 1949 года разведчик Блейк действовал в Сеуле под крышей вице-консула. Попавший в плен во время Корейской войны молодой офицер английской разведки Джордж Блейк по сугубо идейным соображениям перешел в 1951 году на нашу сторону.

На его счету бесчисленное количество раскрытых операций чужих спецслужб. Английский разведчик служил в самой горячей точке холодной войны – Западном Берлине. И этот город – в то время столица мирового шпионажа – был во многом благодаря Блейку совсем не под НАТОвским контролем. Особенно, когда Блейк предупредил о тайном тоннеле, прорытом американцами. С его помощью те надеялись подключиться к советским коммуникациям и перехватывать все секретные сообщения. Подключились и долгое время перехватывали, проглатывая умело поставляемую прямо на блюдечке дезинформацию.

Из-за предательства сотрудника польской разведки Блейк был в 1961-м арестован, приговорен к 42 годам тюрьмы. Но с помощью друзей – ирландцев через четыре года совершил невозможное: бежал из тюрьмы Уормвуд-Скрабс. Во время побега сломал руку, и все равно, отсидевшись на тайной квартире, был с риском для жизни перевезен через Западную Европу в хорошо знакомый ему Восточный Берлин, где и был встречен с распростертыми объятиями нашими разведчиками.

С 1965-го Джордж Блейк живет в Москве. Награжден орденами Ленина и Красного Знамени. В отличие от других своих собратьев по разведке, получивших прописку в Москве, он очень быстро приспособился к нашим условиям, с удовольствием откликается на сделавшееся привычным русское – Георгий Иванович. Женился на красивой женщине Иде, подарившей ему сына Мишу ростом 186 сантиметров.

Работал на сугубо гражданской службе, хотя и не только. Да, в начале 1990-х, когда некоторые горячие головы задумались над просьбой англичан "вернуть Блейка", он пережил несколько неприятных месяцев. Однако возвращать гражданина России туда, откуда он успешно сбежал, не принято ни в одной стране мира. В конце концов это признали и противники Блейка.

Да, в 1997-м на своем 75-летии Джорджу Блейку пришлось признать: "Мы все были участниками великого эксперимента. К сожалению, он не удался". И как с этим не согласиться. Но Блейк по-прежнему полагает, что светлые идеи основаны на христианских принципах, и день всеобщего социального равенства все равно настанет. Когда? Это неизвестно даже оптимисту Джорджу Блейку.

Кстати, он признается, что не слишком любит свое имя Джордж: "Между прочим, русская версия Георгий, так зовут меня последние несколько десятков лет, звучит для моего уха более приятно".

Мы впервые встретились очень давно. И вот человек в скромной дубленке и неприметной зимней шапке идет по малолюдному московскому переулку. И, чувствуется, он контролирует каждого прохожего, который мог бы проявить к нему интерес. Джордж Блейк входит в дом без вывески. Дверь, в нее предстоит войти и мне, сразу закрывается.

Конечно, он меня не знал, а я видел его по ТВ. Но вот что я слышу сразу после рукопожатия:

– Я заметил, вы шли за мной. Не решились догнать, подойти?

Блейк хорошо и с милым акцентом говорит по-русски. Все и всех помнит. А вот зрение – подводит. И потому предпочитает слушать радио. В разговорах затрагивает темы сугубо философские. Конечно, прекрасно говорит по-английски, но предпочитает общаться по-русски. Родные и близкие называют его типично но-нашему – Жорой, так однажды обратился к нему двоюродный брат жены и вот, прижилось – Жора и Жора. Но на работе его никогда Жора не звали: всегда было Георгий Иванович.

В первые годы после бегства из английской тюрьмы он много общался со многими своими бывшими английскими, американскими коллегами, которые, как и он, верно служили СССР, России. Дружил с Кимом Филби. Стал другом атомных разведчиков и будущих Героев России Мориса и Лоны Коэнов. Часто бывал у них в квартире на Патриарших, а они у Блейка на даче. И, понятно, виделся с Кононом Молодым – Лонсдейлом, с которым сидели вместе в лондонской тюрьме Уормвуд-Скраб. Российскому разведчику Лонсдейлу, приговоренному к 25 годам за шпионаж, и Блейку, со сроком отсидки в 42 года, давали общаться в каземате Ее Величества. Блейк считает, что то была административная ошибка. Оба проходили там опасными преступниками, должны были бы быть под особым наблюдением. Но у английской контрразведки и у тюремной администрации оказались разные понятия относительно этого самого административного наблюдения. Их обязаны были содержать отдельно, исключить возможность встреч, а получилось наоборот: ежедневную прогулку они совершали вместе. Лонсдейла обменяли, а Блейк – бежал. И в Москве Лонсдейл часто заходил к Блейку и его жене Иде в гости. Говорили, вспоминали, как было в Англии, в других странах. Да, было о чем вспомнить. Они знали истории друг друга, понимали, кто и что сделал.

Потом Джордж познакомился с Доном Маклейном – еще одним, помимо Филби, членом Кембриджской пятерки. Этот интеллигентнейший человек отлично говорил и писал статьи. Причем – на русском. Он был одним из ведущих сотрудников института мировой экономики и международных отношений. Джордж и Дональд сидели в комнатах по соседству. Безусловно, Дональд Маклейн был близок Блейку по духу. Кстати, когда родственники Дона решили вернуться в Англию, им помог добиться разрешения на выезд именно Джордж Блейк.

Из всех людей разведки, волею судьбы попавших в Россию, именно Блейк отлично адаптировался в России. Такой у него характер. Старался всегда найти позитивные обстоятельства. Жил прямо по американской песенке: "Делайте ударения на позитиве, отстраняя все, что в негативе". Однажды на встрече с коллегами по Службе внешней разведке в Ясенево полковник Блейк заметил: "Вы видите перед собой иномарку, которая очень хорошо адаптировалась к русским дорогам". Юмор оценили.

А он оценил то, что его включили в число нелегалов внешней разведки, считая, что это – огромная честь! Причисление к Службе нелегалов было и по-прежнему остается для Блейка самым большим признанием.

Его книга "Прозрачные стены" не раз переиздавалась. Но Георгий Иванович не захотел писать новую книгу, считает, что написал все, что хотел, придумывать не может и потому новых глав не будет. Ему очень помогала невестка, которой он рассказывал на "своем" русском, она излагала это на русском хорошем.

Вообще Блейк считает, что люди любят говорить, и когда ты их слушаешь, считают тебя хорошим собеседником. Это относится ко всем странам и эпохам. Или еще одно изречение Джорджа Блейка: можно не рассказывать всю правду, а ограничиться лишь частью ее. И этого достаточно. Это известные методы, не надо пугаться иезуитов. Называется экономия правды. Люди не очень-то интересуются чужим мнением. Им нравится, когда их внимательно слушают, ограничиваясь поощрительными замечаниями или наводящими вопросами. Они уйдут с убеждением, что вы прекрасный собеседник, хотя на самом деле вы вообще не высказывались, а лишь внимательно слушали.

Из всего им в работе разведчика совершенного он считает наиболее удачной операцию "Берлинский туннель". Блейк сообщил советским друзьям об установке в Берлине прослушивающих устройств. И наши, зная даже о прорытом для этого тоннеле, исправно снабжали американцев и англичан дезинформацией.

Но предатель из польской разведки выдал Блейка. Итог – 42 года тюрьмы – и побег. До сих пор след остался – и Георгий Иванович – Джордж Блейк показал мне действительно здорово выпирающую кость над кистью левой и довольно мускулистой руки.

После побега он два месяца прятался у друзей. Потом ехал из Англии по Европе до Восточного Берлина, прячась в сколоченном жестком ящике с деревянным настилом под машиной. Семья, его перевозившая, была с двумя детьми. Они здорово рисковали. И на судне, плывшем из Англии на континент, было правило: в машине они оставаться не могли, надо идти в салон. А Блейк остался. Когда приехали в бельгийский Брюгге, пришлось снова залезать в ящик.

Добрались до Восточного Берлина, подъехали к заставе, и за полкилометра до нее Джордж вышел, поблагодарил друзей, простился. Немного подождал, дошел пешком до немецкой восточной заставы. Обратился к офицеру: он хочет поговорить с советским представителем. Начались понятные вопросы: зачем, и Блейк вежливо попросил немца не беспокоиться, вызвать поскорее русского офицера, которому он все объяснит.

И немец не слишком охотно, но вызвал советского представителя. Путешествие было волнующим и удачным. Вскоре из Восточного Берлина Джорджа Блейка перевезли в Москву.

И началась новая жизнь:

– Я смотрю на эту мою жизнь как на одну ситуацию, которая естественным образом вытекает из предыдущей, – говорит Джордж Блейк. – Это, можно сказать, эволюционный путь. Не было бы одного, не произошло бы и другого, логично вытекавшего из предыдущего. Оглядываясь назад, все кажется логичным и закономерным. Даже когда я оказался в Москве, последовало воссоединение с мамой, с сестрами, потом уже с сыновьями. Интересный период встреч, чуть не 20 лет спустя. Приезд мамы сюда – одно из важнейших событий. Она все это организовала. Причем всегда верила в это. Когда впервые услышала мой приговор – 42 года тюрьмы, вынесенный в Англии, мама взяла два огромных сундука, они до сих пор стоят у нас в московской квартире, и аккуратно сложила туда всю мою одежду, уверяя всех: "Она Джорджу еще пригодится". Как она могла предугадать, что со мной в тюрьме будет? Но уже всего через шесть лет приехала с этими здоровыми сундуками ко мне в Москву. И я эти вещи носил. Даже пальто, в котором я вернулся еще из Кореи. И как долго прожила мама. А время в России – это самые счастливые годы моей жизни. И самые спокойные. Когда работал на Западе, надо мной все время висела опасность разоблачения. Было именно так. Тут я чувствовал себя свободно. Очень важный момент. Как это слово – перипетии? Все эти перипетии судьбы привели к чуду. В Англии – связь с детьми и внуками, которые часто ко мне приезжают. Здесь – жена и сын, которые очень любимы. У меня девять внуков.

Совет от Джорджа Блейка:

– Если люди моего возраста и помоложе захотят меня услышать, то пусть стараются брать от жизни все самое хорошее и меньше обращают внимания на свои года.

Российский разведчик Джордж Блейк обратился к молодым коллегам

Принимая поздравление с 95-летием, легендарный разведчик Георгий Иванович Блейк обратился к друзьям, коллегам и единомышленникам:

Дорогие друзья и коллеги!

11 ноября мне, российскому разведчику, полковнику Джорджу Блейку, исполняется 95 лет… В жизни каждого человека, и я здесь не являюсь каким-либо исключением, неизбежно наступает время, которое можно сравнить с осенью, которая связана с подведением итогов всего года. Вспоминая прошлое, я невольно спрашиваю себя о том, насколько я был честен перед своими современниками и потомками. 95-летие является неплохим поводом для оценки своей долгой и непростой жизни.

Моя биография многим хорошо известна. Ее особенностью, на мой взгляд, является то, что основные этапы моего пути связаны с важным выбором. Выбором своей позиции в непростых и противоречивых условиях, продиктованных самой историей. Я мог бы стать мирным священником, а стал разведчиком. Я мог бы спокойно пережить войну и последовавшие за ней годы, но предпочёл опасный путь активного участника движения Сопротивления. Чудом избежав гитлеровского концлагеря, я стал британским спецназовцем, не раз рисковавшим жизнью…

После окончания Второй мировой войны, будучи сотрудником британских спецслужб, я стоял в первых рядах противников России, моей нынешней Родины. Чуть позже была в моей биографии страшная Корейская война. Я видел ее реальное лицо, в том числе тела убитых американской военной машиной мирных жителей этой многострадальной страны. Именно тогда я понял, что подобные конфликты чреваты смертельной опасностью для всего человечества и принял самое важное решение в своей жизни – стал инициативно и безвозмездно сотрудничать с советской внешней разведкой с целью защиты мира во всем мире.

95 лет… Это очень много для отдельного человека. И очень мало в масштабах истории человечества. Память о былом, о котором я ни капли не жалею, о чем неоднократно говорил, заставляет меня с оптимизмом смотреть в будущее.

Пользуясь случаем, хотел бы обратиться к коллегам, прежде всего к молодым сотрудникам Службы.

Товарищи! Вам предстоит непростая и ответственная миссия – спасать мир в ситуации, когда опасность ядерной войны и связанного с ней самоуничтожения человечества, вновь поставлена безответственными политиками на повестку дня… Когда терроризм поднял голову и оставляет свои кровавые следы во многих уголках нашей планеты. Идет настоящая война Добра со Злом. И я верю в вас, в ваши бескорыстное и самоотверженное служение нашему общему делу, в ваш профессионализм… Верю в окончательную победу над подлым врагом. Эта вера дает мне жизненные силы.

Хотел бы от всего сердца поблагодарить руководство Службы, своих соратников по нелегальной разведке, за многолетнюю верную дружбу, чуткость, заботу, внимание и понимание.

Соотечественники! Россия стала моей второй Родиной. Есть прекрасное русское пожелание "мир вашему дому". И я очень хочу, чтобы мир был в вашем, а вернее в нашем с вами, доме.

Мир вашему – нашему дому!

Чистого и солнечного всем неба над головой!

Честь имею!

Источник

Предыдущая новость

В Тольятти мотоциклист протаранил две Лады и погиб Завершился капитальный ремонт площади Куйбышева Дмитрий Азаров принял участие в форуме межрегионального сотрудничества России и Казахстана В Самаре открыли для движения кольцо Московское шоссе/Луначарского Какой сегодня праздник — новости

Лента публикаций